среда, 12 июля 2017 г.

В отношении чиновников к старообрядцам мало что изменилось

Президент России Владимир Путин недавно стал первым из лидеров Российского государства, который посетил один из важнейших центров старообрядчества – Рогожскую слободу в Москве – и встретился с главой Русской православной старообрядческой церкви митрополитом Корнилием (Титовым). Однако РПСЦ представляет лишь одно из течений, или согласий, русского «древлеправославия». На вопрос о том, как оценивают иные, кроме РПСЦ, согласия нынешние проявления благосклонного внимания государства к староверию, и на некоторые другие вопросы о старообрядцах в современной России корреспонденту «НГР» ответил член Российского совета Древлеправославной поморской церкви (ДПЦ) Кирилл КОЖУРИН (Поморская церковь – одно из беспоповских согласий старообрядцев. – Прим. к.ф.н. И.Н. Попова), приводим выдержки из интервью.

– Как восприняли староверы визит Путина в Рогожскую слободу и встречу с митрополитом Корнилием?
– За всех староверов я, естественно, говорить не могу, потому что и среди староверов, так же как и среди «мирских», существуют свои политические предпочтения и разделения, но могу сказать только от себя лично: это действительно исторический визит, поскольку впервые за всю историю старой веры глава государства Российского посетил один из крупнейших духовных центров старообрядчества. До революции, насколько я знаю, великая княгиня Елизавета Федоровна посещала Рогожку, но она не была главой государства. В других государствах, где существуют крупные старообрядческие диаспоры, подобные визиты некогда имели место (например, король в Румынии, президенты в странах Балтии), но в России – это впервые за 350 лет после раскола!

– Наверное, поморам и общинам других толков тоже хотелось бы принять у себя президента?
– Я бы это только приветствовал, но думаю, не все к этому готовы, многие старообрядческие общины очень и очень замкнутые, боюсь, они просто испугаются подобного визита (шутка).

– В школах сейчас вводят уроки религиозной культуры и «духовной безопасности», действуют «антимиссионерские» законы, все больший упор делается на традиционные религии. Всех ли старообрядцев государство готово видеть в числе традиционных общин?
– Думаю, нет. Знаете, в Российской империи, согласно закону 1835 года, существовала такая классификация старообрядцев: «самые вредные», «вредные» и «менее вредные». Не знаю, по какому признаку классификацию проводят сейчас, но порою кажется, что в отношении чиновников к старообрядцам с того времени мало что изменилось.

– Чувствуют ли староверы за рубежом себя частью разделенного русского народа?
– Вы знаете, безусловно, они чувствуют себя русскими, но, например, в Прибалтике они живут уже 350 лет, и там их иногда называют «наши русские» в отличие от тех, кто приехал уже в советское время. Русские староверы в Прибалтике пользуются одинаковыми правами с другими гражданами, но они и соблюдают необходимые, на мой взгляд, требования: они владеют языком того государства, в котором живут. В Латвии несколько лет назад на государственном уровне принят специальный закон о Древлеправославной поморской церкви Латвии, и никто их там не называет сектантами, как порою бывает в нашем родном государстве.

– Много писали о том, что выделенные на строительство домов переселенцам из Латинской Америки в Приморье средства разворованы, репатриантам не выделялась земля. Наделала много шума история вернувшихся назад из России в Южную Америку Зайцевых. Почему такое происходит и как это влияет на отношение староверов к России?
– Безусловно, чиновничий произвол отрицательно сказывается на отношении зарубежных староверов, желающих вернуться на историческую родину. Мне приходилось общаться с уругвайскими староверами, они, конечно же, привыкли совсем к иной реальности, к иным экономическим отношениям, и многие вещи здесь, в современной России, их просто шокировали.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Популярные сообщения